25 ЛЕТ В ФАШИСТСКИХ ЗАСТЕНКАХ !!!

Франсиско Бротонс Бенейто, член Центрального Комитета Коммунистической Партии Испании (восстановленной), заключенный в Севилья

Франсиско Бротонс Бенейто родился в Аликанте в 1944 г., в рабочей семье в которой его родителям приходилось работать от 10 до 12 часов в сутки, для того, чтобы вытягивать вперед семью. Его отец был мастером по дереву, а мать обувщицей. В 11 лет он поступает в школу Мадридского Индустриального Мастрества, где учится на слесаря-матрицировальщика.

Он совмещает это образование с ночной школой, а позже поступает в Университет и завершает два курса, готовясь на инженера. Чтобы оплатить себе образование, он работал механиком, чиновником и личным преподавателем. В этих условиях экономической стесненности и политических репрессий, он очень рано осознает ситуацию и уже в 60 годах учавствует в антифранкистской борьбе в различных революционных организациях.

В 1973 г. он вступает в Марксистско-Ленинистскую Организацию Испании (ОМЛЕ), а в 1975 г. учавствует в основательном съезде Коммунистической Партии Испании (восстановленной) (КПИ(в)) В 1976 г., он вступает в партизанскую организацию Группы Антифашистского Сопротивления Первое Октября (ГРАПО) руководство которой он берет на себя в январе 1977 г. Он учавствовал как делегат во II Съезде КПИ(в) в июне 1977 г. и на нем был избран в Политическую Комиссию Партии.

Он развивает активную деятельность до дня ареста, 9 октября 1977 г., в Бенидорме, на собрании Центрального Комитета КПИ(в). Его зверски пытают и перевозят из тюрьмы в тюрьму. В том же месяце 1977 г., благодаря народной борьбе, фашистское правительство вынуждено предоставить последнее частичное помилование современной истории, но отказывает в освобождении членам КПИ(в) и ГРАПО. Верховный Суд, к тому же, выносит 3 приговора, согласно которым амнистия не затронет заключенных, принадлежащих этим двум революционным организациям.

Будучи таковой ситуация фашистских свобод в Испании, Бротонс и другие 4 бойца ГРАПО бегут из тюрьмы Самора 17 декабря 1979 г., через туннель, который они готовили на протяжении 9 месяцев, подаривший им свободу, в которой Государство монополистов им пожизненно отказало. Они прорыли этот туннель импровизированными инструментами и избегая постоянные обыски, которыми в то время занималась сама полиция Уже на свободе, войдя в контакт с незаключенными товарищами, он опять берет на себя руководство ГРАПО.

Месть обрушилась со страшной силой на эту антифашистскую организацию: из пяти беглецов, 3 были убиты полицией (Абелардо Кольясо 8 месяцев спустя после побега, Энрике Сердан в сентябре 81 г. и Хуан Мартин Луна в декабре 82 г., три недели спустя после предложения ГРАПО о прекращении боевых действий новому правительству Испанской Рабочей Социалистической Партии (ИРСП)), а остальные заключенные, принадлежащие к Коллективу, изолированы и рассеяны по тюрьмам особо строгого истребительного режима. В мае 80 г., тяжело ранен и арестован четвертый беглец, Фернандо Йерро Чомон; а 20 сентября 80 г., Франсиско Бротонс.

Бротонсу не простили того, что он не только посмел пробить стены своей тюрьмы, но он сделал это для того, чтобы предпринять реорганизацию ГРАПО, которые в то время были серьезно тронуты полицейской репрессией. Единственным двоим, которые не были убиты, пришлось провести за решеткой более 20 лет. За эти 25 лет в заключении, Бротонс побывал в 14 разных тюрьмах и ему пришлось объявлять голодовку 20 раз, защищая достоинство и борясь за самые элементарные права для политзаключенных. Уже в августе 1978, им пришлось объявить голодовку и бунтовать в тюрьме Сориа, против зверских тюремных условий. В 1981 г., борясь против тюремного истребительного режима, член КПИ(в) Хуан Хосе Креспо Галенде "Кепа", умирает после 96-дневной голодовки. Бротонс и прочие заключенные коллектива получают тяжелые увечья. Поэтому ему не прощают, что, даже в условиях изоляции и отделения от остальных политзаключенных, цензуры и всевозможных ограничений, которым он был подвержен на протяжении этих 25 лет, он и его товарищи продолжают оглашать фашистский и террористический характер испанского Государства, являясь примером отдачи и революционной стойкости, всегда в первой линии борьбы политзаключенных против репрессивных нападений режима.

Годы заключения прошли среди протеста, организованной работы, благодаря созданию коммун, и частичных побед, требований, преступлений закона со стороны пенитенциарных властей, и т.д., пока ситуация не сделалась совершенно невозможной. Будучи Антонио Асунсьон начальником пенитенциарных властей, распространилась в 1987 г. политика рассеивания политзаключенных. В августе 89 г. Бротонс и другие 5 заключенных из ГРАПО объявляют голодовку из-за тяжелейшей ситуации, которую им приходилось терпеть в тюрьме Алмериа и против рассеивания. Правительство обманывает заключенных ложными договорами для того, чтобы они прекратили свой неопределенный срок голодования. Ввиду такой ситуации, 62 политзаключенных КПИ(в) и ГРАПО начинают 30 ноября 1989 г. одну из наиболее долгих голодовок за всю историю тюрем мира. После 435 дней, их приковывают к койкам, рассеивают по разным тюрьмам, изолируют, пытают насильственным питанием (незаконная практика, признанная как таковая всемирным съездом врачей в Токио). 25 мая 90 г. умирает один из товарищей Бротонса, Хосе Мануэль Севильяно, после 177 дней голодовки. Тот, кто сегодня Защитник Народа, а тогда Министр Юстиции, сионист Энрике Мухика (который, кстати, много знает об Антитеррористических Группах Освобождения (ГАЛ)) объявил, за неделю до этого государственного убийства, что "голодовка ненастоящая, грапо едят". Во время этой голодовки, Бротонса возят из тюрьмы в тюрьму и из госпиталя в госпиталь, прикованного большую часть времени к кровати, подверженного нападкам полицейских, которые его охраняют. Посреди голодовки, в феврале 1990 г., с ним случается инфаркт, и только лишь его нахождение в тот момент в госпитале и под наблюдением, спасло его от смерти. Голодовка принесла ему непоправимые увечья, он весил 72 килограмма в 1989 г. и 39 11 февраля 91 г., когда он завершил голодовку. Мы еще помним его скелетоподобный вид после самой долгой забастовки на сегодняшний день, 440 дней и ночей, который, вспоминая те другие кадры, из нацистских концлагерей, наглядно показал жестокое и параноидальное упрямство, униженных правителей ИРСП тех лет. Голодовщики только лишь просили их перемещение в одну и ту же тюрьму, для того, чтобы иметь возможность вести упорядоченную трудовую и учебную жизнь, соответствующую их политическому членству и коммунистической идеологии. Слишком большое достоинство для таких трусливых животных.

В 14 тюрьмах, через которые он прошел, он был подвержен изолированию, измывательствам и мести тюремщиков. Когда его отец заболел, уже лежа при смерти, руководство отказало ему в последней встрече, а, позже, и в присутствии на похоронах. Его мать, 86 лет, все еще терпит издевки тюремщиков, каждый раз как ездит навещать его из Мадрида. На протяжении 18 лет, ей вообще не разрешалось видеть сына. В настоящий момент он находится в тюрьме Севилья II.

Вот уже 6 лет как этот коммунист должен был выйти на свободу, согласно самому фашистскому закону, но его всегда считали наиболее особенным политическим заложником И, не будучи довольным этим продлением заключения, правительство Народной Партии (НП), держит его в тюрьме до последней минуты, отказывая ему во всех сокращениях срока, которые ему по закону принадлежали.

Тридцать лет революционной борьбы за спиной у Франсиско Бротонса Бенейто, из них - 25 в истребительных тюрьмах. В его теле, в его сопротивлении воплощается каждый политзаключенный - антифашист, анархист, патриот, коммунист или рабочий. Испанское фашистское и террористическое Государство мстит через него, так же как и через любого заключенного революционера. И поэтому Бротонс - эмблема борьбы для всех коллективов и людей, которые противостоят этой гнилой демократии Бротонс значит тюрьма, репрессии и пытки, с тех пор как франкистский фашизм открыл дорогу монархическому фашизму.

Но он значит также и противоположенное: разоблачение мнимых свобод, доказательство того, что не существовало никакой амнистии, никаких помилований, никакого государства права, которое бы означало настоящее изменение в ситуации; он отважно противостоял системе своим побегом 1979 г., он сопротивлялся каждому удару, каждой ране, чье бы правительство ее не наносило - Франко, Союза Демократического Центра (СДЦ), ИРСП или НП.

И они заставляют его дорого расплачиваться за это: почти 10.000 дней похищения, в которых он был лишен самых элементарных прав. Но даже так они не смогли сломать Бротонса, даже так они не смогли победить тысячи политзаключенных, десятки тысяч репрессированных, сотни тысяч избитых под наблюдением, преследуемых, миллионы рабочих, которые никогда не будут хлебать эту анестезирующую настойку, которую испанский монополизм приготовил для них. И для всех них Бротонс это символ, который фашисты попытались раздавить. Оттуда и жестокость, оттуда и высокомерие, оттуда и его долгое похищение.

Акты, кампании и акции, требующие его освобождения распространились в сотни мест. В июне 2000 г. Ассоциации Родственников и Друзей Политических Заключенных (АФАПП) издали доклад, рассказывая о многих солидарных инициативах Среди прочих, можно упомянуть поддержку организаций, групп и журналов из таких стран как Аргентина, Турция, Курдистан, Италия, Канада, Мальта, Германия, Ирландия, французское Государство, Англия, Бельгия, Швейцария, Чили, США, Мексика и Перу. По Государству также были проведены многие акты, конференции, митинги и опубликованы многие материалы в альтернативной прессе городов Понтеведры, Коруньи, Астурии, Кантабрии, Страны Басков, Саламанки, Сеговии, Бургоса, Леона, Сарагосы, Каталонии, Мадрида, Гвадалахары, Валенсии, Аликанте, Севильи, Кордобы, Кадиса, Гранады, Малаги, Майорки и Канарских островов

Многие публикации и коллективы просили прекращения похищения, тысячи писем были посланы Пенитенциарным Властям и в тюрьмы, сотни надписей на стенах требовали его освобождения и многочисленные акции прямого действия разоблачали государственный терроризм, из-за которого Бротонс 25 лет был похищен Бротонс сидел в тюрьме за последовательную борьбу за рабочие и народные интересы Это и есть причина его бесконечного похищения: классовая ненависть фалангистов, превращенных в демократов Парламента его грациозного Величества, его черного мстительного духа. Продление его заключения должно было стать уроком для всех борящихся против фашизма, но превратилось в пример сопротивления и победы над гнилым режимом эксплуататоров.

Освободим всех политзаключенных!